Тема номера:
КОНСТАНТИН КОСАЧЕВ: РОССИЯ ПРОДОЛЖИТ ПОДДЕРЖИВАТЬ ПМР В УСЛОВИЯХ БЛОКАДЫ

Андрей Сафонов - "Фактор США, Евросоюза и Украины во внешнеполитическом положении ПМР. Дальнейшая перспектива развития ситуации после событий в Молдове"

 Стеннограмма открытой лекции политолога Андрея Сафонова в Тираспольской Школе Политических Исследований   

21 апреля 2009 г.


Тема лекции: Фактор США, Евросоюза и Украины во внешнеполитическом положении ПМР. Дальнейшая перспектива развития ситуации после событий в Молдове.          

Дорогие друзья!

 Фактор Запада всегда присутствовал и будет присутствовать в нашем регионе. Внешне он выглядит так: США как будто уменьшили свою активность, а ЕС – увеличил. Запад проявляет себя через:
1.      Переговорный формат «5+2», который де-факто и де-юре уже закреплён.

2.      Спецпредставителя ЕС по проблеме урегулирования конфликта на Днестре Кальмана Мижея. Он действовал очень активно; в частности, предложил серию мер доверия. Возможно, из-за его дипломатической активности ему было решено перекрыть кислород и запретить въезд в ПМР.

3.      Долю приднестровских товаров в экспорте на европейские рынки: так, если в последние годы примерно 50% нашего экспорта шло в страны ЕС, то после развития кризиса из-за отказа некоторых российских и украинских партнёров от контрактов с нами эта доля, как говорят иные производственники, может достичь 75%.

4.      Миссию EUBAM на украинской границе. Пусть там не было найдено оружия и наркотиков, но совместный с Украиной механизм контроля над экспортом из ПМР создан.

5.      Привязку нашей экономики к доллару совместно с Украиной. При этом РМ находится в зоне евро. Доллар в этой связи выглядит перспективнее, ибо вести денежно-кредитную политику легче через Федеральную резервную систему (как в США), нежели через согласование позиций многих центробанков (как в ЕС). Кажется оправданным, что в этом споре валют мы остаёмся верны «зелёному змию».

    Что касается Украины, то у неё есть свои рычаги влияния:

1.      Граница. Это – неубиенный козырь, чего в нашем случае нет у России.

2.      Ввоз продовольствия в ПМР. В какой маркет наш ни зайди – вот они, продукты от нашей восточной соседки. Мы сами создали эту ситуацию, когда в 2002 году вели 100%-ю пошлину на товары из Молдовы. Сегодня молдавские конкуренты Украины вытеснены из ПМР, а многие наши отечественные производители сами скончались. В итоге роль продовольствия из Украины будет оставаться очень высокой.

3.      Транспорт. По нашей вине мы перестаём быть транзитёрами с хорошей репутацией в автомобильной и железнодорожной сферах. Бестолковое обилие всевозможных постов, придирки гаишников к водителям с иностранными номерами, многочисленные проверки документов – всё это и впрямь превращает нас в какую-то резервацию, которую многие грузоперевозчики и водители пассажирского транспорта стараются объехать. Идёт борьба самолюбий: ещё бы, разве могут МВД и МГБ договориться, что кто-то один должен проверять документы при въезде в ПМР и выезде от нас?! Мы теряем как объёмы перевозок из Украины, так и свой авторитет.

4.      Поставив по согласованию с Молдовой под контроль экспорт из ПМР, Украина всё же не пошла на те же шаги в отношении импорта, ввозимого к нам (по крайней мере, значительной его части). Это надо бы ценить нашим властям, но они не могут или не хотят обуздать антиукраинскую кампанию, время от времени вспыхивающую в наших официальных СМИ. Надо просто понять, что Украина старается влиять как на нас с нашими пророссийскими декларациями, так и на Кишинёв, который, пытаясь в последние месяцы понравиться Москве, свернул работу в ГУАМе. В целом отношение Киева к ПМР довольно либеральное, и это на месте наших властей стоит «заценить».

Таким образом, для ПМР открывается широкий простор в действиях при проведении взвешенной внешней политики. Мы можем взять следующее:

1.      Россия останется ведущим военным и политическим союзником Тирасполя.

2.      Запад всегда будет привлекательным для дееспособных приднестровцев молодого и среднего возраста как средоточие идей свободного, не скованного цепями чиновничьего произвола, бизнеса; а также уважения к правам человека, в первую очередь – к правам личности. Для «продвинутых» слоёв населения на постсоветском пространстве это важно.

   Надо постараться совместить эти два направления, а о роли Украины мы ещё поговорим чуть позже.

 Но и мы должны учитывать, что нас не так-то однозначно воспринимает Запад, что есть трудности для налаживания отношений. Нельзя смотреть на проблему сквозь розовые очки. Каковы для нас эти проблемные факторы?

1.      Нежелание ввиду своей внешнеполитической концепции официально признавать ПМР в качестве полностью независимого государства, тем более – субъекта международного права и члена ООН.

2.      Поддержка в силу этого же территориальной целостности Молдовы.

3.      Образ в глазах многих, особенно представителей старшего поколения, приднестровцев Запада, НАТО, «империализма» в целом как негативного, несущего угрозу «традиционным ценностям» и «славянскому единству» фактора. При этом наша пропаганда, критикуя по некоторым аспектам Запад с опорой на факты, игнорирует отсутствие этого самого славянского единства во все времена – взять хотя бы польско-российские войны или политические баталии Украины с Россией в наши дни. Просто у каждого свои интересы, а таким «малышам», как мы, следует использовать это в своих интересах.

4.      Автоматическое отношение к ПМР не как к государству с самостоятельной внешней политикой, а как к «форпосту» России. Кто-то понимает, что наши власти иногда используют этот брэнд для получения различной помощи Москвы, но кто-то – воспринимает всерьёз.

     Очевидно, что Приднестровью не удастся ни при каких обстоятельствах избежать прямой работы с Западом. Даже если сбудутся прогнозы евроскептиков, и в итоге мировых экономических и политических катаклизмов распадётся громоздкий Евросоюз с его мощным бюрократическим аппаратом, то всё равно, например, никуда не денется Германия, у которой во все времена были важные интересы на Украине.

    Надо сказать, друзья, что в последние годы у нас вообще не просматривалось чёткой, продуманной, сознательной и детализированной внешней политики. Мы только и занимались тем, что тянули время, уворачиваясь от конструктивного обсуждения всего, что могло сдвинуть статус-кво с мёртвой точки. Да, мы засунули голову в песок, но кое-что другое всё равно ведь торчало наружу. Так мы создали для себя реальную угрозу и отдали дипломатическую инициативу. «Круговая оборона» привела к провалам и на Востоке и на Западе. Где надо было действовать дипломатическим «скальпелем», мы махали «топором», выкрикивая всё те же заклинания о «форпосте», «плацдарме» и т.д. На этом фоне даже вызывают смех удивления иных наших общественников: как, мол, мы ещё не признаны?

    Если говорить о реальном признании ПМР, то в нынешней ситуации со стороны России надеяться на это не приходится. Надо не обманывать себя. Если бы такое желание было, то для России проще было бы подкупить какое-нибудь карликовое государств, которое плавает где-нибудь в Тихом Океане, и где слыхом не слыхивали о существовании ПМР заодно с Молдовой. Но миллиард-другой долларов и газовый контракт способны творить чудеса, не так ли? Если какой-нибудь «малыш» (вроде нас, только член ООН) признал бы ПМР, то был бы создан прецедент, а Кремль остался бы формально в стороне.

     Но и такой вариант России, очевидно, сейчас не нужен. Потому следует быть реалистами. Вот какие варианты просматриваются для ПМР сегодня:

1.      Сохранение статус-кво на обозримую перспективу.

2.      Если правые не смогут каким-то образом взять власть в РМ, то переговоры нашим властям придётся вести всерьёз и предлагать реальные варианты урегулирования.

      Мы находимся между Россией и Украиной, что потребует от нас предпринять следующие шаги:

1.      Прекратить всякое вмешательство во внутриполитическую жизнь Украины, наподобие агитации за Виктора Януковича на рубеже 2004-2005 голов и за абсолютно непроходную Наталью Витренко – позднее. Я думаю, что если бы не это, Украина не ввела бы новый погранично-таможенный режим на нашей границе в марте 2006 года. Мы во многом сами спровоцировали её на это.

2.      Безоговорочно прекратить всякое участие в российско-украинской полемике на исторические темы. Мазепа, Пётр Великий – всё это, конечно, интересно, но, думаю, «большие дяди» обойдутся здесь без нас. События 300-летней давности не стоят убытков при экспорте товаров из ПМР и падения жизненного уровня современных приднестровцев. Мазепа с государем Петром Алексеевичем бюджет нам не увеличат…

3.      Выдвинуть, если конкретные переговоры о статусе ПМР станут неизбежными, свой реальный план урегулирования, который синтезировал бы основные наработки планов Дмитрия Козака и Виктора Ющенко. Это трудно, но иначе наши славянские братья будут торпедировать предложения друг друга (это к вопросу о «славянском единстве»), а мы окажемся в дураках.

    Для того, чтобы яснее осознать наше положение, надо учитывать, что противостояние Киева и Москвы сохранится на обозримую перспективу:

1.      Благодаря российской дипломатии Украина вряд ли вскоре вступит в НАТО.

2.      Но и в орбите российского влияния (даже как Белоруссия) Украина не окажется. Украина, несмотря на внутриполитическую борьбу элит, всё-таки большое государство. И не слабое. К тому же ей будут политически помогать США и ЕС. Есть и ментальные различия: система власти на Украине - «гетманская», то есть основанная на целом наборе сдержек, противовесов, учёте интересов различных групп. Российская же – «царская», то есть основанная на жёсткой исполнительной вертикали с реальным преобладанием исполнителей над законодателями. При всех внутриукраинских баталиях систему, напоминающую самодержавие, пусть и в осовремененном виде, украинцы не примут.

3.      Единой политической позиции России и Украины по ПМР, скорее всего, не будет.

4.      Если же Украину примут по каким-то причинам в НАТО в ближайшее время, тогда нельзя исключить реальную блокаду ПМР (визовый режим, различные виды давления и т.д.).

   Вот почему мы должны вести себя суперосторожно, ибо мы заинтересованы в лояльности Киева в политическом отношении и в свободном ввозе к нам товаров с территории Украины. Мораль проста: честно исполнять союзный долг в отношении одного государства (России) не означает глупо нападать на другое государство (Украину). Быть союзником одного не означает воевать с остальными. Сумеют ли это понять наши лидеры?

   Теперь о молдавском факторе. У ПКРМ после пересчёта – 60 голосов. На деле это может означать следующее: Владимир Воронин – спикер нового Парламента, а президент (если удастся удачно купить 1-2 голоса из рядов оппозиции) – Зинаида Гречаная или кто-либо ещё. Тактика оппозиции нарисовалась: не дать до осени сформировать новое Правительство (тогда с кем вести переговоры международным партнёрам Молдовы о помощи стране?), трижды сорвать избрание президента и довести дело до досрочных выборов. Вне зависимости от вероятности такого сценария, для ПМР сложившаяся обстановка объективно означает:

1.      Фактическое снятие с повестки дня унитарного подхода к приднестровскому урегулированию. Внутренняя борьба в Кишинёве затрудняет настаивание для властей РМ на унитарном Пакете предложений.

2.      Отсрочку на несколько месяцев в деле реальных переговоров.

3.      Большее внимание Украины к нашим делам и, возможно, в чём-то более лояльное её отношение к ПМР из-за активности прорумынской оппозиции в Кишинёве.

     Уже ясно даже для воспитанников детских садов, что Румыния после приёма в ЕС не снизила, а, наоборот, усилила на деле свою внешнеполитическую экспансию. Фактически просматривается и политика в отношении РМ: включение в свой состав через лозунг приобщения Молдовы к евроинтеграции. Доказательство: нежелание заключать с Молдовой Базовый Договор и фиксировать, таким образом, границы между РМ и Румынией.

      При этом экспансия Бухареста развивается по двум направлениям: во-первых, в отношении Украины и, во-вторых, в отношении Молдовы.

    ПМР пока что в Бухаресте обходится молчанием. Но отнюдь не в силу нашей непризнанности. Категорическое неприятие румынской дипломатией идеи федерализации бывшей Молдавской ССР наводит на мысль, что это делается для того, чтобы в гипотетический момент «воссоединения» Молдовы и Румынии Приднестровье не обладало юридическим статусом для сопротивления такому «воссоединению».

    Вернёмся к украинско-румынским противоречиям, господа. Ошибкой Украины, как мне кажется, было вообще передавать дело по острову Змеиному на рассмотрение суда ООН. Был Парижский договор 1947 года, и точка! Вы признали нынешние границы – и всё! Часть войны вы провоевали за Гитлера – надо же хоть как-то за это расплатиться, как и за всё в нашей нелёгкой жизни! Змеиный и раньше входил в состав СССР (вместе с Украиной). Ситуация ясна как дважды два: хотите оттяпать часть наших земель – попробуйте! Как говорил в своё время Председатель Мао, если хотите, давайте сразимся, а потом вернёмся к мирному строительству!

    Что же касается решения суда по Черноморскому шельфу, то на месте Украины, которая столкнулась с выигрышем Румынии на пустом месте, из воздуха, это решение можно просто не заметить и, тем более, не исполнять. В 2008 году признание Косово, Абхазии и Южной Осетии обошлось вообще без органов ООН. Что сделают Украине, если она оставит себе, то, что ей принадлежит по праву, и на что Румыния не имеет никакого права претендовать?! Не нападут же на Украину. А если и нападут, так она же сильнее Румынии.

     Если же Румыния сможет интегрировать РМ, то она превратится в регионального лидера, подкреплённого украинским газом с Черноморского шельфа, а молдавский буфер между Румынией и ПМР, между Румынией и Украиной падёт. Тогда на нас станут давить для начала по Бендерам, поскольку никогда Румыния в границах 1918-1940 годов (по Днестру) не согласится на «уход» правобережных Бендер. А кто мы без Бендер? Без Бендер мы теряем всю внешнеполитическую «изюминку», любую возможность внешнеполитического лавирования.

     В этой связи давайте наберёмся смелости и зададим вопрос напрямую, «неполиткорректно»: не будет ли для нас благом в будущем распад Румынии как единого государства, как исчезновение фактора дестабилизации и региональной экспансии? Давайте раскрепостим наше мышление! В своё время руководители СССР называли Польшу «уродливым детищем Версальского договора». Но не больше ли оснований говорить о Румынии в её нынешних границах как об «уродливом детище» послевоенных договоров? Не искусственно ли отсечена от Венгрии Трансильвания? А некоторые районы по Дунаю, а историческая Молдова с центром в Яссах, а регионы, прилегающие к Сербии? Если Румынию постигнет судьба Югославии, Чехословакии, Советского Союза, то мир не рухнет, зато прорумынская оппозиция в РМ лишится политической, идеологической и финансовой подпитки, а сама возможность создания «Великой Румынии» исчезнет навсегда! Для ПМР и для антиунионистов Молдовы распад Румынии был бы благом, даром Всевышнего. Это – тема для размышлений, выходящая, впрочем, за рамки нашей лекции. Но забывать об этом нельзя!

   После 7 апреля прорумынские силы не могут претендовать на контроль над всей РМ, потому что откровенно прорумынскую, захваченную силой власть не признали бы многие территории Молдовы: Гагаузия, север РМ, Тараклия с болгарами, Бельцы. К тому же Бухарест не подготовил авторитетного вождя, могущего бросить вызов лично Владимиру Воронину. Так что прямой опасности свержения коммунистов в Молдове пока не просматривается.

     Что же ждёт нас?

   После окончательного краха модели мироустройства, утверждённого после второй мировой войны (Ялта-Потсдам-Хельсинки), весь мир пришёл в движение.

    Я выдвигаю «теорию блуждающих кругов». Вот вкратце её суть: вместо единого координационного центра системы международных отношений (ООН, Всемирная Торговая Организация и т.д.) может по мере углубления противоречий между разными странами и блоками появиться несколько таких центров («кругов»). Эти центры («круги» будут включать в себя какое-то количество государств (по несколько или по несколько десятков) каждый. Внутри этих «кругов» будет своя система признаний в зависимости от дружественных и союзных отношений. Может появиться и своя в каждом «круге» система международных норм: например, один «круг» может допускать вмешательство, в том числе вооружённое, в дела неугодных по каким-то причинам стран, а для других это будет неприемлемо в принципе. Некоторые страны будут переходить из одного «круга» в другой, в зависимости от интересов – потому круги могут быть «блуждающими». Не исключено и появление нескольких «мини-ООН». Страны одного «круга» могут кого-то из другого «круга» признавать, а кого-то – нет. Впрочем, и это – тема большого и отдельного разговора.

   Параллельно возможна масштабная атомизация карты мира, получившая мощный импульс в 2008 году (всё те же Косово, Абхазия, Южная Осетия). Недавно прошло сообщение, что один из маленьких итальянских островов провозгласил свою независимость. Да, нашего полку всё прибывает! Но суть в том, что если количество непризнанных стран превысит некую критическую массу, то они, признавая друг друга, могут стать серьёзной силой – системой внутри системы. Если они создадут сеть взаимных договоров в самых различных областях, то с ними будут считаться. Как пойдут дела – посмотрим.

   Здесь надо отметить: Россия в какой-то мере выиграла раунд дипломатической схватки в августе-сентябре 2008 года: ЕС не пошёл на жёсткую конфронтацию с Москвой из-за признания ЮО и Абхазии. Конфликт с Украиной и ЕС по газу (то есть по огромным деньгам) в январе 2009-го вышел куда острее. Получается, что карта мира всё-таки реально меняется.

 Но от нас, повторюсь, требуется максимальная взвешенность и осторожность. Не надо ссориться ни с кем из формата «5+2». Могут ведь и придавить, не заметив. Так что возьмём от всех то, что можем:

1.      От России – военно-политический союз.

2.      От Украины – надёжный тыл и экономическое сотрудничество.

3.      От Запада – прогрессивную модель социально-экономического развития.

    Все эти факторы в совокупности помогут нам работать со всеми напрямую и с Востоком и с Западом. Это изменит оставшийся от прошлого менталитет большинства населения ПМР на современный, соответствующий реалиям 21 века. Таков ключ к успеху во всех областях.
Спасибо за внимание!

Документы раздела